Вверх Вниз

Lovelessworld: new generation.

Объявление


Приветствуем Вас на текстовой ролевой игре по мотивам мира из аниме Loveless!

Мы с нетерпением ждем милого Токино, гениальную Нагису , повзрослевшую Юико и многих других! А также прекрасные именные стражи ждут своих партнеров!


Проходите, располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Это Мир Владеющих Силой.
❖❖❖

Система игры: эпизодическая;
Рейтинг: NC-17;
Жанры: авторский мир, фандом, мистика, приключения, романтика.

Спасибо, что голосуете за наш форум. Продолжайте в том же духе!
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Agatsuma Soubi - Обращаться по вопросам теории мира, сюжета, мат части, каноничных ролей, некоторых акций.
Проверка анкет, помощь в квестах и сюжетных линиях.
Способ связи - skype | ЛС | Гостевая - felix_rivares

❖❖❖


Megumi Kuroto - Обращаться по вопросам партнерства, рекламных дел, конкурсов, некоторых акций.
Проверка анкет, ответы на вопросы, баннерообмен.
Способ связи - skype | ЛС | Гостевая - matty.kun666

❖❖❖


Megumi Tetsu - Обращаться по вопросам некоторых акций, вопросов общего профиля, партнерства, конкурсов.
Способ связи - skype | ЛС | Гостевая - graviti_of_love , icq 563 075 000
Осенне-зимний марафон
Нужный в игру. Акции.




Наши партнеры:

the Green Door RPG Неополис DAVOS Киндрэт Zentrum

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lovelessworld: new generation. » События прошлых лет » Гроза над южным морем.


Гроза над южным морем.

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://99px.ru/sstorage/53/2014/01/mid_92811_8725.jpg
Дождь омывал мир, и этот шелест казался очищающим, хотя некоторые пятна отмыть невозможно никогда

Участники:Megumi Renzo, Megumi Tetsu
Дата событий: начало октября, примерно 5-8 октября.
Место событий: поместье Мегуми, Палермо, Италия.
Сюжет: Несчастье, которое привело к другому несчастью. Можно ли образумить того, кто потерял половину себя?! Можно ли найти ответы, или хотя бы спасение, без вопросов....

+2

2

Рензо стоял рядом с отцом и матерью, наблюдая, как в пламени исчезает тот, кто еще три дня назад счастливо улыбался ему перед боем, невольно вынуждая отвечать ему тем же. Он стоял и просто смотрел, пустым взглядом глядя на пламя, не чувствуя ничего, кроме пустоты и желания быть рядом с Парой.
Пару дней назад он открыл глаза в реанимации, а даже не знал, зачем выжил, ибо из груди словно выдрали сердце, оставив дыру размером с половину души. Рядом сидела бледная, осунувшаяся от горя мама, держала его за руку, плакала, за ней стоял отец, державшийся лучше, но словно понимавший все куда глубже, что ли. Впрочем, даже очевидные эмоции отца тогда не коснулись, Рензо лишь спросил, когда похороны, глухо, безжизненно и без всякого приветствия. Он тогда захотел просто раствориться, исчезнуть, не чувствовать этой пустоты и горячих слёз матери на руке. Но так было первые несколько часов. Потом он сам рыдал без перерыва, словно ребенок, навзрыд и отчаянно, так долго, что в итоге ему вкололи что-то, и он снова провалился в пустоту, теперь, казалось, ставшую его постоянным спутником.
На вчерашнее отпевание он не успел - врачи не пустили. Да он и сейчас едва стоял на ногах, пусть и выдержал бесконечную церемонию прощания перед кремацией. И вот только лишь глядя на бушующее, ревущее в печи пламя, вдруг осознал всю нелепость происходящего: он сам, его тело живы, а душа рассыпается в прах в огне за жароустойчивой заслонкой крематория. Дышать становилось все тяжелее, он даже не сразу понял, что его уводит, подталкивая в спину, отец - взгляд невольно притягивало пламя, потому он оборачивался через плечо, едва осознавая, что надо ноги переставлять. Он вообще мало что сейчас воспринимал из того, что ему говорили и что с ним делали. Это даже не растерянность, это абсолютный паралич воли и мыслей. Он лишь кивал на слова сочувствия и принимал белые конверты с черно-белыми лентами и цветами на них, тут же машинально кланяясь, молчаливо благодаря людей, лиц которых даже не видел, не узнавал. Кто-то даже обнял, кажется, тетка, но уверен он не был - в обычной ситуации он был отстранился, но нынче просто смотрел вперед. Смотрел, но не видел.
Когда к вечеру он все же не выдержал, поклонился родителям и отпросился немного передохнуть, те отпустили, хотя переглянулись с явной тревогой.
- Мне... нужно.
Отпустили. Мама порывалась проводить, отец спросил, надо ли? Он покачал головой отрицательно и впервые за эти три дня направился в их с Исайей комнату. Долго стоял возле двери (или так показалось?), не решаясь открыть ее. Щелчок замка и белые лилии, стоявшие у изголовья кровати Исайи, окатили ароматом, вырывая всхлип из легких.
"Почему не хризантемы?! Он же ненавидел лилии!" - несколько шагов в коридор обратно, ваза с белыми хризантемами сменила на тумбочке эту жуть, вызывавшую у брата мигрень. Не угодившие цветы тут же отправились в коридор, подальше с глаз. Он медленно закрыл за собой дверь, защелкнув пусть простой, но все же, внутренний замок комнаты, также едва-едва дошел до своей кровати, сел, глядя на пустую постель брата, застеленную белоснежным бельем с простым листком со "вторым" именем на подушке. Он-то думал, что до этого пустота внутри была невыносимой. Нет. Вот сейчас она обрушилась на него, придавив каменной плитой, лишая смысла существования и воли к жизни. Он медленно сполз на пол, вновь чувствуя слезы на правой щеке - вторые сутки "плакала" лишь половина, слева слёзы будто перекрыты, иссушены горем.
"Я не смогу, Иса... я не защитил, так почему ты, а не я?!"
- Немыслимо. Без_на_деж_но... - он бы посмеялся глупому, нелепому каламбуру из их Имени и вот этого итога, но, наверное, он еще в больнице знал, что надо делать. Еще в тот самый миг, когда открыл глаза, лежа с кислородной маской на лице и под несколькими капельницами.
Рука скользнула в карман - выписанные врачами обезболивающие с успокоительным (а он бы сказал, отупляющим) эффектом сейчас показались выходом, дверью, за которой он снова будет с Исой. Попросит прощения, крепко обнимет... на худой конец, он просто не будет чувствовать этого одуряющего чувства потерянности и одиночества без Пары. Без любимого.
Слезы не останавливались, но он их просто вытирал, пока наливал в стакан воды из графина на столике, пока писал родителям записку. Накатило вдруг спокойствие, когда он глотал уже двадцатую из тридцати таблеток, маленьких и таких, казалось бы, безобидных. Но при максимальной дозировке в две таблетки в сутки он просто уснет и будет с ним. Зря он поел после крематория - не хотел ведь, но отец буквально заставил, - дольше действовать будет. От выпитых таблеток уже тошнило, чуть заныло в желудке, но последние две он проглотил через не хочу. Скинул пиджак, снял галстук, расстегнув воротничок рубашки, скинул обувь и вновь сел на постель. Снял очки, покрутил их в руке, погладил оправу - ему она всегда безумно нравилась, эта шахматная расцветка. Пустой пластиковый пузырек от таблеток он машинально поставил на тумбочку, даже не задумавшись об "уликах", сам рухнул спиной поперек постели. Наверное, надо бы просто лечь нормально, словно уснул, но сонное отупление все никак не наваливалось, лишь желудок ныл все сильнее.
- Надо просто потерпеть... - шепнул, закрывая глаза предплечьем.
Теперь лишь ждать встречи.

+1

3

- Этого не может быть, - уже раз в пятый повторил эти слова Тетсу, читая сообщение на своем телефоне. – Это просто нереально.
Известие о несчастном случае пришло ему еще пару часов назад, а старший из братьев Мегуми до сих пор сидит в своем кабинете, и не может выйти, чтобы рассказать остальным.
- Что-то случилось, нии-сан? – в комнату-кабинет вошел Куро. Точно, Тет совсем забыл, что его боец должен был его почувствовать.
- Читай, - больше слов никаких не нужно было, лишь протянутый телефон с открытым сообщением.
Тишина. И не покойная. А тяжелая, вязкая. Тишина, которую хочется разрушить.
- Но…как?! – других слов просто не нашлось у Куро, и Тетсу его прекрасно понимал.
Пару часов назад он узнал, что умер его кузен. Исае еще и двадцати не исполнилось. Совсем мелким был. Веселым. Любил рисовать.
С итальянскими братьями Чистокровные виделись относительно часто. Списывались еще чаще. И такой удар для всей семьи.
- А Рензо? – тихо спросил боец, но Тет лишь покивал головой.
- Жив.
И молчат оба. Думают. Не знают радоваться тому, что второй из близнецов выжил, или наоборот….
- Завтра вылетаем, скажи об этом остальным, не думаю, что отцы читали еще сообщение, которое им, скорее всего, тоже было отправлено. Ты же не прочел. Я пока позвоню в аэропорт, пускай готовят самолет, - жертва посмотрела на своего бойца и печально улыбнулась, Куро ответил не менее радостной улыбкой.
Хорошо быть богатым и влиятельным, можешь купить много разных игрушек. В том числе можешь позволить себе и частный самолет.
Жертва Чистокровных тихо сидел в комнате, и слушал, как в доме отец командует «парадом», отменяет все планы, звонит матери, которая на съемках, распоряжается насчет сбора вещей.  Тет сделал лишь мелкую работу, на крупную у него не хватает сил сейчас.
Он ведь жертва, как он умер?! Насколько это должно было сильное заклинание…. Не верю, что Рензо мог его пропустить. Это же был его близнец, его пара. Если он не выживет в больнице…так даже лучше будет. Для него. М-да, желаю смерти своему брату. Но не думаю, что он не будет сам себе ее желать, если очнется. Или, когда очнется.
В комнату незримой тенью вошел Куро, а через пару минут, уже более зримой, и точно уж не тенью, вошел и Казуя.
Близнецов он знал не так хорошо, как старшие братья, но он тоже был расстроен.
Спали этой ночью втроем. Да и то, спал только самый младший из Мегуми.
Наутро все отправились в аэропорт. Их ждал десятичасовой перелет в Италию.
- Дождь. Как символично, - Итан криво усмехнулся, глядя через иллюминатор самолета, на Палермо.
Серые тучи были над всем городом. Как будто погода знала, что случилось в их семьей, и тоже оплакивала молодого человека.
В аэропорту их уже ждали автомобили, чтобы отвести на виллу Мегуми.
Улицы города были практически пусты.
Как не привычно. Впервые в Палермо застаю такую погоду. Тихо. Мрачно. Сейчас как никогда был бы рад краскам.
До пункта назначения добрались за час, за это время кто окончательно проснулся после перелета, а кто наоборот – задремал в автомобиле.
Около входной двери их уже ожидала тетушка. Мегуми сразу и не узнал женщину. За пару дней из великолепной красавицы, которой она являлась в свои годы, она превратилась в старуху. Заплаканные глаза, ни тени улыбки на лице.
Матушка сразу подбежала к родственнице и увела ее в дом, а мужской коллектив остался на попечение дворецкого, который уже и проводил их к своим комнатам.
- Рензо дома? – спросил Тет у дворецкого, когда тот собрался уходить.
- Нет, хозяин еще в больнице, - без какой либо эмоции на лице ответил мужчина и покинул комнату.
- Похороны будут послезавтра, а сейчас нам нужно привести себя в порядок после перелета и спуститься на ужин, - в данной ситуации Куро соображал быстрее, а Тетсу приходил в себя. Хотя, в себя он уже давно пришел, просто позволяет заботиться о себе, порой так устаешь от должности старшего брата.
Ужин и следующий день прошли в тишине. Даже по городу не удалось погулять. Лил дождь. Люди ходили как зомби по дому, выполняя все на автомате. Родителей практически не видели братья. Казуя практически все время был со старшими братьями. Даже, когда те наведались в компанию, чтобы следить за работой.
Старшие посчитали, что это сейчас лучшее, что могут сделать дети.
Похороны прошли как в тумане для всех. Было много черного, и белого. Сладких, противных запахов. И жары. Было душно.
Все ждали окончания кремации. Но не в тишине. Никто не мог молчать.
Тетсу, чтобы отвлечь себя хоть как-то, объяснял младшему брату принцип работы печи, правда, не упоминал о людях в ней.
После все приглашенные отправились на виллу.
Эти несколько часов старший из братьев запомнил плохо, просто ничего не случилось такого, что могла бы потребоваться в будущем.
- А где Рен? – впервые за вечер, Чистокровный решил, что хочет поговорить с братом.
- Ушел к себе, - услышал в ответ, и направился в комнату близнецов.
Дверь в комнату оказалась закрытой. Подергав пару раз ручку, и убедившись, что дверь закрыта изнутри, жертва начала волноваться. Кто знает, что сейчас может вытворить боец, который лишился своей пары. Самое лучше, если он просто лег спать. О худшем Чистокровный старался не думать.
В классических итальянских домах Тету всегда нравилось то, что балконы рядом, и можно спокойно переходить из балкона на балкон. Чем сейчас он и воспользовался.
К его счастью балконная дверь оказалась приоткрытой, и парень спокойно вошел в комнату.
- Рен, ты спишь? – тихо задал такой глупый вопрос человеку, который лежал на кровати.
Ответа не последовало. Тетсу решил посидеть рядом. Поговорит с ним, когда проснется. Но чем ближе подходил он к кровати, тем больше становились его глаза. Рензо не спал. Или спал. Но он был слишком странного цвета. А еще взгляд зацепился за маленький пустой пузырек, в которых принято хранить таблетки.
- Черт, Рензо, ты слышишь меня?! – Мегуми подлетел к брату, и приподнял его. Тот простонал. Дыхание было слабым. – Идиот малолетний. Эгоист чертов.
Первое, и самое главное, что запомнил Тетсу их уроков первой помощи, это надо освободить желудок. Сделать это оказалось не просто, но все же спустя минут десять, может больше, может меньше, парень не считал, он помог брату избавиться и от таблеток, и от еды.
- Что ж вам не живется всем спокойно, суицидники мелкие. Родителей хоть бы пожалел, - причитал Тет, засовывая Рена под душ.
Сейчас он хотел лишь, чтобы боец очнулся, или хотя бы приобрел более живой цвет лица. И его надо было бы напоить водой, а потом звонить в скорую. Но столько дел сразу жертва просто не успевал делать, и решил, что все будет делать постепенно. Главное, чтобы Рен продолжал дышать, а все остальное поправимо. Логично было бы позвать Куро, но это будет позже, когда брат начнет подавать признаки жизни.

+1

4

"Почему я не засыпаю? Ведь уже должно подействовать..."
Сонная одурь никак не наступала, лишь мысли путались, а желудок уже вопил о том, что хочет немного вывернуться наизнанку. Он не хочет жить, но организм упорствует. В какой-то момент показалось, что время остановилось, замерев в темноте прикрытых рукой глаз, а уже в следующую секунду он обнимается почему-то с унитазом, пережидая болезненные спазмы желудка, избавлявшегося и от еды, и от таблеток. Кажется, даже слышал упреки в чьём-то голосе рядом, но ему было на них начхать, зато сам факт чужого вмешательства в процесс воссоединения со своим братом и Жертвой дошел сквозь пелену в голове не сразу. Лишь когда его сунули под душ, уже опустошенного и дрожащего так, словно током било, он поднял взгляд потемневших до черноты (зрачки расширились от принятого лекарства) глаз на...
"Тетсу? Почему он здесь? Что... зачем? Ну зачем?! Что я ему сделал такого, что он меня вытащил? Кажется, меня сейчас опять стошнит... - злость на кузена обернулась вспышкой головной боли, пронзившей виски и новым спазмом желудка, впрочем, уже абсолютно пустого, а значит, ничем новым, кроме желчи, тот не разродился. Сплюнув вязкую горькую смесь слюны и желчи в водосток, Рен закашлялся и согнулся в три погибели под струями воды, зажмурился.
- З-зачем... - зуб на зуб не попадал, хотя вода была уже теплой. Или так казалось? - Те-Тетсу-нии-с-сан... я... я не могу... не хочу... без него... н-не мо-могууу...
Он думал, что слёз больше не осталось, что пустота затопила и их еще в больнице, но вот он опять рыдает, словно брошенный в темноте ребенок, цепляясь уже не за казённые простыни, а за одежду двоюродного брата, не в силах хоть что-то внятное добавить к тому, что уже сказал. Боль рвалась наружу, потому что внутри уже не помещалась, потому что внутри зияла дыра, все больше расползавшаяся и пожиравшая саму суть Бойца. Он не видел не просто смысла своего существования теперь, но и вообще бытия, как даже и человека, не говоря уж о Владении Силой. Родители? Учеба? Друзья? Что? Что или кто может заменить тебе половину души?! Как?!
Ему не было стыдно за свой поступок, так как Рензо был уверен, что его поняли бы не только родственники дальние, типа Мегуми Тетсуи, но и родители, которые, будучи Парой, вряд ли смогли бы обвинить его в эгоизме по-настоящему.
- Я должен был его защитить... должен... я не должен б-быть з-здесь...
Голова раскалывалась теперь похлеще, чем в больнице, но постепенно начало доходить, что он все еще цепляется судорожно за одежду и плечи кузена, что сидит в ванной в мокрой одежде под струями душа и никак не может понять, как здесь оказался, хотя только что, вроде бы, помнил. А еще он чувствовал горечь и соль во рту, не понимая, как и почему их ощущает - сопоставить факт слёз и собственной попытки уйти вслед за братом, а также присутствие здесь старшего наследника семьи никак не удавалось. Новый вырвавшийся всхлип почти испугал: Рензо закрыл себе рот ладонью и заглушил очередное рыдание, лишь дернув плечами от судорожного вздоха.
- Не говори им... - только и смог он прошептать, едва-едва перебивая шум воды.
"Какая мне разница, узнают они или нет? Просто так будет меньше... контроля. Наверное, несчастный случай был бы..." - мысли опять спутались, он не смог додумать, чем именно был бы несчастный случай, потому что висок вновь пронзило болью, напоминая, что тело еще живо.
В отличии от души.

0


Вы здесь » Lovelessworld: new generation. » События прошлых лет » Гроза над южным морем.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC